Greg Lake "Lucky Man". Автобиография. Перевод с английского.


Глава 2. Ранние группы.

Воспоминания о моих ранних группах середины 60-х уже частично размылись в моей памяти. Хотя, я отчетливо помню, как мы путешествовали в тех старых переделанных фургонах: это казалось одним бесконечным путешествием вдоль и поперек Англии, когда мы спали в этих же фургонах[1], что и путешествовали, и нас не покидало чувство голода и холода.

В те годы фургон был очень важен, он был неотъемлемой частью группы. Не только как средство передвижения, но и как место, где мы ели, спали, разговаривали, где проходила большая часть нашей тогдашней жизни.

Я бы сказал, 90 процентов нашей жизни в то время мы проводили живя или путешествуя в фургоне. Это было чем-то наподобие пребывания на пиратском судне, где, несмотря на дух романтизма, свободы и приключений, мы влачили крайне жалкое существование, порой, очень даже опасное для жизни. Мне в те годы пришлось поучаствовать, как минимум, в пяти или шести серьезных транспортных происшествиях, большинство из которых были связаны с тем, что мы часто проводили всю ночь за рулем, чтобы избежать ночевки на очередной заброшенной дождливой парковке.

Прием, который мы использовали для того чтобы быть способными рулить всю ночь, был похожим на тот, что вы могли видеть в мультфильмах, мы и правда так делали: чтобы помочь водителю держать глаза открытыми, мы брали пару зубочисток, ломали их пополам и местом надлома упирали в щеку, а гладким, фабричным концом подпирали веко. Естественно, это было очень глупо, но, обычно, это вызывало много смеха и, по крайней мере, это помогало водителю не засыпать.

Фургоны были настолько важны тогда, что часто использовались как предмет торга. Например, в те годы, можно было часто видеть объявления в газетах, где музыканты искали "работу в группе", которые имели примерно такое содержание: "Барабанщик ищет группу, имеется свое оборудование и фургон". В таком случае, фургон должен был служить дополнительной мотивацией к тому, чтобы музыканта позвали в группу.

Моя первая полупрофессиональная группа была Unit 4(не путать с Unit 4 + 2, у которых был большой хит "Concrete and Clay" в 1965-м). Unit 4 была хорошая маленькая группа, которую я основал с местными ребятами из Пула. Весь 1965-й год мы путешествовали на переделанной машине скорой помощи и играли концерты на южном побережьи Англии. Машина скорой помощи оказалась очень удобной для преодоления пробок, так как "мигалка" там все еще работала.

Я хорошо помню, одно выступление с Unit 4 в Lagland Street Boys' Club в Пуле. Наш репертуар состоял из популярных на то время песен, и, естественно, содержал много ранних песен The Beatles, The Shadows, Motown и др. Мы уже становились довольно популярными к тому времени, и когда мы вышли на сцену, то были оглушены визгом девчонок. После концерта мы обнаружили, что все стекла нашего фургона были исписаны красной и розовой помадой с сообщениями и номерами телефонов. Не стоит говорить, как это было трогательно для таких парней как мы, шестнадцати-семнадцати лет.

Unit 4 часто выступали в пабе Oakdale, который располагался неподалеку от того места, где я жил. Каждый субботний вечер, прям как в песне Элтона[2], это была одна и та же процедура. Мы играли до звонка, который возвещал о приеме последних заказов, после чего следовал другой предопределенный сигнал и начиналась драка. Стулья и бутылки начинали летать по бару, и те, кто не принимал участие в драке, пытались побыстрее смыться оттуда, уворачиваясь от брошенных предметов, продвигаясь к выходу.

Для нас проблема состояла в том, что нам нужно было собирать оборудование в разгар всей этой вакханалии. В конце концов, мы разработали план, согласно которому, мой отец шел на улицу, дожидался звонка, и, как только начиналась драка, мы быстро хватали наши гитары и усилители и бросали их в окно, удобно расположенное прямо за ценой.

Другой клуб, где мы часто выступали, был Cellar Club, наш местный аналог знаменитого ливерпульского Сavern Club. Когда Роберт Фрипп был юношей и у него не было(или почти не было) денег, то карабкаясь по стене Cellar Club, он пробирался внутрь, чтобы посмотреть как я играю. Мы часто делали с ним вместе уроки у него дома, когда учились у Дона Страйка. На самом деле, иногда, когда я играл в Unit 4, Роберт, у которого не было своей группы на тот момент, часто выходил с нами на сцену и мы вместе играли Малагенью(Malaguena), которую Дон заставлял нас учить.

Каждый раз, когда мы играли в Cellar Club, клуб забивался под завязку и пот буквально тек ручьями по стенам. В летнее время температура подчас становилась невыносимой и людей то и дело выносили с тепловым ударом. Удивительно, как мы вообще могли выступать в таких условиях, а выступали мы иногда по 3-4 часа к ряду.

После Unit 4, я был в группе The Time Checks в 1966-м году, а потом небольшой промежуток времени в The Shy Limbs, но одна ранняя группа стоит в моей памяти особняком, это группа The Shame. Первая группа, которую я основал и которая имела правильный настрой. Кроме меня, в группе играли Малкольм Брашер(Malcolm Brasher) на басе, Билли Нимс(Billy Nims) на барабанах и Йон Петтерссен(Jon Petterssen) на ритм-гитаре, а после к нам присоединился Джон Дикерсон(John Dickerson) на клавишных. The Shame просуществовала недолго, но что-то было в этих людях, что до сих пор заставляет меня хранить в памяти дух этой группы.

Это не значит, что у нас не было трудностей. У нас часто не было денег, так что у нас даже была своя версия дешевого сэндвича: мы съедали мякиш из буханки хлеба, засыпали туда чипсы и так наедались. Когда мы играли в Карлайле, я подхватил пневмонию. Мы спали в фургоне в морозную ночь - это как спать в металлической коробке - и когда я проснулся, то почувствовал, что болен. Нам нужно было ехать 300 миль до дома, и когда мы приехали, я просто свалилися в лихорадке. Моя мать вызвала доктора и мне дали кислородную маску и поставили укол пенициллина.

The Shame были первой группой, где у меня было правильный лондонский менеджмент, Harvey Block Associates(Дрю Харви - Dru Harvey и Дерек Блок - Derek Block), которые также руководили The Walker Brothers. Переезд в Лондон всегда выглядел как что-то важное, это был центр музыкальной индустрии и все крупные студии были расположены там. Подписание контракта с Dru Harvey было, по крайней мере, шагом в нужном направлении, хотя мы все еще базировались на южном побережьи.

Я всегда был большим почитателем Джими Хендрикса(Jimi Hendrix ), и "Hey Joe" всегда присутствовала в нашей концертной программе. Дрю Харви удалось договориться, чтобы мы были разогревающей группой на выступлении в Университете Сассекса, где хэдлайнерами были Jimi Hendrix и Ten Years After. Также мы играли знаменитую Speakeasy на разогреве у Procol Harum в Лондоне.

Примерно в то же самое время началась моя карьера как студийного музыканта. The Shame записали кавер на песню Janis Ian "Don't Go Away Little Girl", которая вышла под лэйблом Poppy Records, дочернего предприятия RCA, в 1967-м году.[3] Песня была немного в стиле The Beatles и немного психоделическая - типичная для 1967-го - но это был достойный трэк. Мы сделали запись в студии Pye в районе Мраморная арки(Marble Arch), в Лондоне. И хотя песня никогда не была большим хитом, она была неожиданно запрещена к трансляции на BBC. Причиной тому была реклама с картиной, на которой я был изображен с терновым венцом и нимбом. Для меня весь тогдашний опыт был откровением и взглядом изнутри на то, как работает индустрия звукозаписи. Создание записей изменило мою карьеру, я стал не просто гастролирующим музыкантом, но и музыкантом у которого есть какие-то записи. Это, возможно, самый важный переход в карьере любого профессионального музыканта.

После релиза "Don't Go Away Little Girl" The Shame попытались сделать еще несколько записей, но, особо не достигнув поставленных целей, группа развалилась, когда Малкольм и Билли решили вернуться к своей карьере в институте искусств.

Вскоре мне позвонил Дрю Харви, который в тот момент присматривал за группой The Gods и спросил, не хотел ли бы я присоединиться. The Gods были группой, которая напоминала музыкальную карусель: каждый, кто хоть раз участвовал в группе ассоциировался с ней в тот или иной период времени. Мик Тэйлор(Mick Taylor) был членом группы в ранние годы до того, как присоединился к The Rolling Stones в 1969-м, но мы с ним не пересекались. Кен Хенсли(Ken Hensley) и Ли Керслэйк(Lee Kerslake), которые позднее играли в Uriah Heep, тоже играли в группе - я знал Ли когда он играл на барабанах в местной группе в Борнемуте - но сам я никогда лично не играл ни с кем из них.

Как бы там ни было, это было предложение присоединиться к профессиональной группе из Лондона, и для меня, на тот момент, это определенно был шаг вперед, так что, меня не нужно было долго убеждать. Также, волнующим моментом было то, что мне предстояло впервые уехать далеко от родительского дома и жить одному, вернее, в этом случае, с пятью музыкантами The Gods, в полу-заброшенном жилье в Чизике(Chiswick) на юго-западе Лондона.

Я особенно помню тот день в 1968-м, когда я покидал отчий дом в Пуле. Хотя моя мать давно привыкла к моим поездкам по стране, она знала, что в этот раз все по-другому: я не вернусь, по крайней мере, вернусь не скоро, и я видел слезы на ее глазах при прощании.

Лондонское жилье, которое едва не стало мне домом, было, во всех отношениях, далеко от дома моей семьи в Пуле. Я припарковался возле большого старого викторианского дома в Чизике и поднялся по каменной лестнице к входной двери. Я был озадачен видом бесконечного числа рядов белых дверных звонков, в которые были вставлены бумажки с именами. "Естественно, все эти люди не могут жить в одном доме?" - думал я.

Таково было мое первое впечатление касательно дома, в который мне предстояло войти. Наконец, Ли открыл дверь и пригласил меня войти.

Мы прошли по длинному, полуразрушенному коридору и вошли в огромную комнату в самом конце дома. Это была одна из тех викторианских гостинных старого стиля с высокими потолками. Она была разделена фанерными стенами на четыре отсека. В комнате не было централизованного отопления, в каждом из отсеков было специальное приспособления для освещения и отопления. Причем, использовать можно было только что-то одно: или освещение - или отопление, иначе летели предохранители во всем доме.

Утомленный дорогой и переживаниями, связанными с переездом на новое место, я решил удалиться в мой отсек и лечь на матрас на полу. После ночевок в фургонах, даже эти спартанские условия казались мне привлекательными, хотя, вскоре стало очевидно, что это жилье кишело тараканами. В любом случае, когда дела стали налаживаться, мы вскоре перебрались в более комфортные условия на Dukes Avenue.

У The Gods был свой дорожный менеджер по имени Lil(я никогда не знал его настоящего имени), который, также играл на гитаре и фанател от блюза. Помню, однажды, я пришел в квартиру, а он стоял на коленях, на полу, и играл на своем Фендер Стратокастере, а его голова располагалась в дырке огромной картонной коробки. Оказалось, в коробке был усилитель Vox AC30, комбинация, которая, как он клялся, давала ему неповторимый блюзовый звук. Я просто принял это на веру и ничего ему не сказал.

Лил был мягким и терпеливым, и та страсть и энтузиазм, который он испытывал к музыке, которую любил(в его случае это был блюз), были чем-то, чего так нехватало The Gods.

Концепция группы The God мне всегда казалась чем-то больше про зарабатывание денег, нежели чем, про то, чтобы быть настоящей группой. Мы путешествовали по стране, играли в различных мелких местных клубах, но никогда не пытались выработать какой-то стиль или быть музыкально узнаваемыми.

Хотя, нельзя сказать, что это не было веселое время. Однажды, мы поехали на Карнаби-стрит(Carnaby Street), в Лондоне, чтобы купить подходящие для сцены костюмы. Кен Хенсли, помимо игры на клавишных, также следил за финансовым состоянием группы в то время. Так он связался с одним предприимчивым дизайнером моды с Карнаби-стрит, который научил его, что, было бы круто одеть нас всех в яркие сатиновые глэм-роковые рубашки и соответствующие сатиновые штаны. Сейчас я содрогаюсь от мысли о том, как мы тогда, должно быть, выглядели. На самом деле, я думаю, где-то можно найти старые постеры The Gods, где мы одеты в те вырвиглазные рубашки.

Я играл в The Gods шесть или восемь месяцев и покинул группу до того как мы сделали какие-либо студийные записи. Я, честно признаться, не помню, чем все закончилось, но я помню, что никогда не чувствовал себя комфортно в этой группе. Возможно, это было связано с тем, что меня позвали заполнить пустоту, а не формировать группу с людьми, которых я уважаю как музыкантов, как это было у меня с группами до этого. Время проведенное в The Gods научило меня тому, что ключ к созданию классной группы это простое уважение между людьми, которые работают вместе. Когда это уважение теряется или становится чем-то само собой разумеющимся, вся структура группы начинает рушиться.


  1. Под фургоном понимается небольшой микоавтобус, списанные и переделанные машины скорой помощи или пожарные машины.
  2. Вероятнее всего, имеется ввиду песня Элтона Джона "Saturday Night's Alright for Fighting", которая повествует об обычных для того времени драках тинейджеров в местных пабах.
  3. Запись The Shame "Don't Go Away Little Girl", на удивление, доступна в Youtube.

Banners